Был день рождения Вовки, с которым мы прожили пять лет в шестнадцати квадратных метрах площади. Было как всегда не очень весело, но был Леха, похудевший за последний год килограмм на двадцать, чтобы, как оказалось, "встать на маленькое крыло". Слово за слово, и Леха убедил нас прыгнуть следующим днем, чем одновременно решил проблему логистики своего похудевшего тела на аэродром во Владимире.
Аэродром оказался большим полем с заасфальтированной дорожкой взлетно-посадочной полосы, палатками парашютоукладчиков и домиком, который почему-то назывался "манифест" (сразу решили, что от 'money first'). В стороне стоял поблескивая свежим лаком голубого цвета АН-2, одномоторный дважды мой однофамилец. Вокруг беспечно бродили, шутили и очень искренне улыбались люди в комбинезонах с ранцами спортивных парашютов за плечами. Было ощущение, что мы попали на пикник старых друзей, только со странным дресс-кодом.
Инструктаж продолжался два часа. Милая девушка, кажется, Ирина, рассказывала нам про то, что прыжок с парашютом - это сплошь борьба со своими инстинктами, основным их которых я вляется страх. "Приземляемся на целую стопу, а не на носочки... При приземлении не пытаемся устоять...". Испугав на последок инструктажом о действиях во внештатных ситуациях, она отправила нас в туалет, а потом на примерку снаряжения.
"Перворазники" - так называют спортсмены перевозбужденных людей, еще не испытавших на свой шкуре "отделение". Нас было в самолете пятеро и еще столько же спортсменов. Они улыбались нам. Нам было страшно, вернее очень волнительно, у меня так было перед первым половым актом. Тот был не удачный. Тут осечка...но об этом думать не хотелось.
По двойному гудку Ден, выпускающий инструктор, который постоянно называл нас "орлами", открыл дверь, и самолет наполнился выступившим сквозь поры перворазником адреналином.
"Пошел! ... Пошел! ... Пошел!..." - после третьей команды Ден вытолкнул застывшего у открытой двери парня. Я был следующим. Левая рука на груди, правая упирается в край двери. Вниз смотреть не хотелось, я посмотрел на трехста метрах и решил, что больше не буду. "Пошел!" - я сделал шаг.
"Пятьсот двадцать один! - громко во весь голос - пятьсот двадцать два - от волнения дышать стало тяжело - пятьсот двадцать три...!"
Меня дернуло, ноги заболтались из стороны в сторону. Взгляд вверх. Вроде раскрылся. Ден говорил, что он должне быть большой и круглый...достаточно ли он большой? Раскрылся ли до конца? Смотришь на других, у них вроде такие-же. Все, отпустило. И тут же накрыло ощущением невероятной свободы и абсолютной акустической тишиной. Светло, только чистое небо над головой, тишина и медленно приближающаяся земля. Метрах в тридцати первый парнишка, что-то мне крикнул, я не разобрал.
Шшшшихх.
На груди раскрылась сумка и выбросила второй купол - забыл расчековать автомат, кототрый на трехсотметровой высоте открывает запасной парашют - он в доли секунд наполнился воздухом. Теперь надо мной было два купола, разница размеров которых провоцировала вращение. Я крутился в воздухе, как семечко "вертолетик", брошеное с балкона. Победить вращение перехлестом свободных концов удалось только у земли. Мягко.
"Я сделал шаг!" - в голове.
----------------------------
Вчера я "выходил на поток". Это когда ты наполовину высовываешься боком из самолета, несмотря на сбивающий ветер, отталкиваешься, раскидываешь руки и ноги в стороны и ... расслабляешься. У меня получилось. Удовольствие невероятное. До раскрытия парашюта. То есть три секунды :)